Войдите  



Поиск  

Банеры  

Общественный координационный совет

"Гражданская солидарность"

Левое Социалистическое Действие

ОКС «Гражданская Солидарность» (г. Сергиев Посад, Московская обл.)

Революционная линия

Михаил Александрович Лифшиц. Диалектика современности. (Дискуссионный материал)

PDFПечатьE-mail

20 сентября этого года исполняется 30 лет со дня смерти выдающегося  философа и эстетика ХХ века Михаила Александровича Лифшица. Незадолго до своей кончины, предчувствуя будущее слияние  Советского Союза с мировой капиталистической системой, он написал в своих заметках, что это может произойти в двух различных формах: или cоюза основного производительного  населения России и Запада против бюрократов и капиталистов, или союза бюрократов и капиталистов против производительного населения. Эту проблему Лифшиц  так или иначе стал  поднимать перед интеллигенцией после смерти Сталина в статье о Мариэтте Шагинян 1954 года (появление статьи в тот момент вызвало эффект разорвавшейся бомбы и привело к снятию А.Твардовского с поста главного редактора журнала “Новый мир”), а проявляться она началась еще с 30-х годов, когда обозначилось, кто фактически оказался у власти – “мелкие лавочники, наряженные коммунистами”, по определению Лифшица, данного им в одном из писем к Г. Лукачу. К нашему сожалению, в итоге сбылся второй вариант.

По сути жизнь и творческая деятельность Михаила Лифшица похожи на приключенческий роман. Все начиналось  в конце 20-х годов, когда он стал вести борьбу с вульгарным марксизмом, упрощавшим действительность, представители которого призывали  директивно управлять литературой (В. Ермилов, громивший Маяковского, В. Кирпотин, А. Фадеев). В 30-е годы Лифшиц продолжил эту деятельность, совместно с Г. Лукачем работая в журнале “Литературный критик”, где было создано литературно-философское “течение” 30-х (в него также входили В. Гриб, Б. Александров, Е. Усиевич, И. Сац,примыкал А. Платонов). В то время в журнале печатались статьи, защищавшие настоящих писателей от псевдопролетарской критики. В 1940 г. Постановлением ЦК ВКП (б) журнал был закрыт после докладной записки А. Фадеева и В. Кирпотина в ЦК ВКП  (б). Тогда Лифшица обвиняли в декадентстве и шпенглерианстве. В конце 30-х, работая в Третьяковской галерее, он практически воссоздал ее полноценную экспозицию. В 1937 г. Лифшиц был свидетелем защиты на суде над В.И. Антоновой, сотрудницей Третьяковской галереи, обвиняемой в подготовке покушения на Сталина. В 1941 г. Лифшиц выступил в защиту арестованного Г. Лукача. В Великую Отечественную войну М. Лифшиц воевал в Пинской флотилии, попал в окружение, при выходе из которого был ранен. Позже на фронте познакомился с А. Твардовским. После войны Лифшицу не дадут защитить докторскую диссертацию и будут травить за “космополитизм”. Диссертация была защищена гораздо позже. Это не сломило его, и в 1954 г. он одним из первых выступил против сталинской интеллигенции cпамфлетом “Дневник Мариэтты Шагинян”. Памфлет сблизил Лифшица с “оттепельной” интеллигенцией. Но эта близость продолжалась недолго. В середине 60-х после публикации ряда статей  Лифшиц будет заклеймен ею как ортодокс и ретроград. К этой оценке присоединятся и перекрасившиеся бюрократы от культуры (А. Дымшиц, М. Храпченко). В результате он был забыт на долгие годы, его имя замалчивалось или повторялись те же обвинения. При этом надо подчеркнуть, что взгляды М. А. Лифшица, критиковавшиеся в разное время с совершенно противоположных позиций, никогда не менялись. Сами же его критики, соединившись в союз в середине 60-х, изменив свои взгляды и в перестройку начав громить Советский Союз с демократических позиций, уже в наше время перейдут на либерально-рыночные и консервативно-охранительные позиции.

Обновлено 20.09.2013 15:30 20.09.2013 15:26
 

О выходе Ахметшина из СТБ МР и левой истерике

PDFПечатьE-mail

Вчера Герман Ахметшин заявил о своём выходе из Союза Трудовой Бедноты Московского Региона (СТБ МР). Я считаю своим долгом ответить на его заявление, поскольку, во-первых, Ахметшин играл заметную роль в организации на протяжении некоторого времени, во-вторых, он в своём заявлении стал распространять клевету на меня и на СТБ МР, в-третьих, необходимо разобрать ту часть высказываний Германа, которая является действительной критикой, а не клеветой.

Герман в СТБ МР занимал крайне левую позицию, если не брать в расчёт анархистское крыло, которое оформленной позиции не имеет, да и по ряду вопросов правее, нежели большинство. Герман же стоит на позициях левого госкапа и, подобно Гачикусу, на пораженческих позициях по отношению к ВОВ. Это означает, что он полагает, что в СССР был капитализм (если не фашизм), и что СССР был империалистической державой, равно как и США и Великобритания, и Германия, и т.д.; и, что, следовательно, нужно было выступать за его порождение. Ошибочность этих взглядов здесь разбирать нет смысла, они разобрана тут. Кроме того, Ахметшин активно выступал за поражение Российского империализма в современности, за признание понятия рабочей аристократии, за освобождение оккупированных Россией колоний и за самостоятельную политику пролетариата. По этим вопросам Ахметшин до недавнего времени выступал в роли одного из ближайших моих союзников, хотя и проводил он эти позиции без опоры на анализ. В целом Германа можно было отнести к госкап-ленинистам. В последнее время он даже отказался от слепой веры в гачикусовских пролетарских исламистов.

С организационной точки зрения Ахметшин немало в своё время сделал для СТБ МР. Через его посредничество было привлечено несколько товарищей, и сам он ещё 2 месяца назад был членом правления. С самого начала Герман не блистал дисциплинированностью. Он мог обещать пойти на мероприятие, раздавать листовки, провести встречу, и не прийти, ничего не сообщив. Когда же ему перезванивали, то он даже не брал трубку. Постепенно эта тенденция стала нарастать. Фактически Герман пропустил уже 2 или 3 последних совещания, в практической деятельности организации его не стало видно. Ввиду этого, на позапрошлом совещании он был выведен из правления. Сам он это воспринял безразлично, по крайней мере, сказал, что ему всё равно. На последнем совещании правления СТБ МР было вынесено порицание Герману за несоблюдение дисциплины. А на последнем совещании организации и вовсе была сформирована комиссия, чтобы посетить его и выяснить причины его отдаления от организации. Но, видимо, Герман решил нас «опередить».

Обновлено 11.09.2013 13:50 11.09.2013 13:47
 

Фромм, гуманизм, «нормативный гуманизм»

PDFПечатьE-mail

«Не читал, но осуждаю» - заведомо уязвимая позиция по отношению к чему-либо. Можно, конечно, изучить суть вопроса по критическим статьям и по энциклопедиям, но апологет обсуждаемого автора/произведения всегда может сказать: «не читал – не лезь»; «а что ты думаешь о мысли высказанной в такой-то работе/на такой-то странице?». До недавнего времени в таком уязвимом положении я находился относительно воззрений Фромма.

Не беда, если явление малоизвестное/незначимое, тогда можно ограничиться общими представлениями и игнорировать полемические выпады апологетов.

Время идёт, и то, что ещё вчера было мало распространено, сегодня может завладеть значимой людской базой.

В 90-х, когда российский империализм ещё только вступал в свои права, давил очаги сопротивления на «собственной территории» на Кавказе, когда ещё только совершал первые конвульсивные движения, такие, как бросок на Приштину,  не было новой империалистической мелкой буржуазии, а значит в РФ не было массовой базы для «новой левой» идеологии. «Новая левая» представляла интерес лишь для отдельных интеллигентов, небольших кружков, максимум для части студенчества, тяготеющего к анархизму, но не становилась идеологией хоть сколь-нибудь крупных организаций, движений. Сегодня российский империализм сложился, классовая структура приобрела ясные контуры, и естественно, империалистические и монополистические сверхприбыли породили довольно широкие паразитические слои. На эту-то социальную базу и ложится «западный марксизм», идеология непролетарской левой.

alt           alt

Эрих Фромм – один из центральных идеологов Франкфуртской школы.  Именно с его работой «Здоровое общество» я и был вынужден познакомиться (мельком, отрывочно я просмотрел и другие работы). Судя по основной тематике и затронутым вопросам, «Здоровое общество» – одна из центральных его работ, т.к. раскрывает в себе его профессиональные (Фромм - психиатр) и политические взгляды, их взаимодействие и синтез.


Обновлено 19.08.2013 23:10 19.08.2013 23:07
   

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПОСТПОСТМОДЕРНИЗМА – ЭКСПЛУАТАЦИЯ АЛЬТРУИЗМА В ЭПОХУ ПОСТПОСТМОДЕРНИЗМА

PDFПечатьE-mail

Примечание Революционной линии:

Данная публикация крайне интересна поскольку рассматривает момент, обычно игнорируемый большинством левых - связь экономических процессов с изменением типа духовной культуры. При этом публикация данного материала не означает полного согласия с его содержанием и выводами. Так, весьма проблематичный характер носят утверждения о том, что эпоха постпостмодернизма началась лишь с 2008 года, что образовалась отдельная реальность денег. Малоправдоподобными выглядят утверждения о люмпенизации верхушки буржуазии. Вызывает вопросы некритическое отношение автора к идеалистическим высказываниям Гердера. Выводы статьи носят весьма спорный характер. Почему пролетариат либо вместе со "средним классом" (широкими мелкобуржуазными слоями) выступит против "сверхбогатых", либо "сверхбогатые" разыграют карту фашизма? А что, не может быть, что "средний класс" будет длительное время дезориентирован, будет дифференцироваться, а тем временем организованный пролетариат возьмёт власть? Или не может быть так, что ещё более вероятно, что "средний класс" расколется в процессе борьбы пролетариата и госмонополистического капитала?

В общем, основная ценность статьи - описание процессов изменения типа современной культуры. 






Эпоха постпостмодернизма началась в 2008 году, когда экономический кризис подвел окончательную черту под постмодернизмом. По своей сути постпостмодернизм  является аналогом гегелевского “отрицания отрицания”. Характеризуется возвращением духовных ценностей и понятия субъекта, отмененных постмодернизмом, а также теорией постсекулярного мира. При этом все ценности объявляются равнозначными, а понятие абсолютной истины исчезает как   таковое.

Проявлением этого в экономической науке стало появление книги Дж. Акерлофа и Р. Крэнтон “Экономика идентичности”, которая формально, исходя из ее подзаголовка, должна была описать, как идеалы и социальные нормы определяют, кем человек работает и сколько зарабатывает. И как  сказано авторами: “Наше обсуждение идентичности и полезности простирается от карусели до геноцида”.  Но, на самом деле, как показал в своей рецензии Илья Смирнов (1), книга эта совершенно о другом. Ведь собственно об экономике – то есть хозяйстве, общественно-полезном труде – речь почти не идет. Так, первый развернутый пример из сферы производства – “механическая мастерская в Чикаго” – появляется только на 68 странице. “Причем проблема “мотиваций” и “идентичностей” здесь рассматривается с очень определенной точки зрения: как начальству наладить “наблюдение за работниками” (1). Зато в книге много говорится о том, как с помощью “идентичности” сокращать затраты на вознаграждение работников. Например, в армии “сосредоточенность военных на том, что “служба превыше себя”, и их уход от ориентации на вознаграждение предполагают..., что идентичность военных может заменить собой выплату вознаграждений”. “Этот (военный) кодекс поведения является идеалом и для рабочей группы”. Причем вопрос о целях, на которые работает военная машина, справедливая война, несправедливая, вообще не ставится. Т.е. цели безразличны. Те же мысли высказываются и в отношении гражданских профессий. Так “авторы настойчиво проводят разделение работников на две категории: “работники являются инсайдерами, имеющими те же цели, что и их организация” или аутсайдерами, если просто делают за деньги то, что велено” (1). Но при этом в книге, посвященной мотивациям и идеалам, идеалы как таковые  вообще отсутствуют, для авторов они не важны. В ней нет понятий пользы и вреда, добра и зла. На первый план у авторов выходит “правильный менеджмент”, который стремится к тому, “чтобы работники стали мотивированными инсайдерами, а не отчужденными аутсайдерами”, вне зависимости от того, чем занимается организация: спасением детей или ростовщичеством. При этом важным становится то, что “инсайдер готов работать больше за меньшую зарплату. Когда разница в зарплате достаточно велика, компании выгодно инвестировать в изменение идентичности работников”. То есть новая экономическая наука (“экономика идентичности”) сводится к технологиям по манипулированию людьми (1). Также она дополняется вышеупомянутой равнозначностью ценностей и вытекающих из них норм поведения, благодаря чему работник больше не может затрагивать интересы работодателей (капиталистов), а также тех, кто в принципе работать не хочет, так как их идентичности равнозначны, а навязывать свою идентичность другим нельзя. По сути, эта работа является теоретическим обоснованием перехода капитализма на мобилизационный вариант после кризиса 2008 года, когда сугубо прозаические отношения работника с хозяином при традиционном капитализме (один продает рабочую силу – другой покупает за определенную сумму) заменяются новыми, при которых появляется необходимость побуждения работника трудиться “не корысти ради, а с бравым энтузиазмом, как в армии” (1), не задавая вопросов об условиях своего существования.     В то же самое время от прежней эпохи нам остались визуализация сознания, в результате которой происходит демонтаж понятийного аппарата человека (о чем рассказывал в своей лекции из цикла “Академия” на телеканале Культура философ Валерий Подорога), и его мозаичность, дополненная политкорректностью, плюрализмом моралей, т.е. их равноценностью. При этом главным отличием от предыдущих эпох становится то, что мораль и духовные ценности перестают быть самодостаточными и определяющими развитие человека и общества, а становятся лишь средством  для получения прибыли (например, вследствие использования религии или альтруизма).


Обновлено 08.07.2013 23:33 08.07.2013 23:20
 

Кто такие левые, этапы развития левого движения

PDFПечатьE-mail

Пожалуй, одним из самых непонятых, наименее осмысленных левыми активистами явлений остаётся движение, частью которого они являются.

В большинстве случаев нет ни понимания, что же есть «левое», ни ясного представления логики развития движения.

«Настоящие левые это – коммунисты!», «Сталинисты вообще не левые», «Разве можно считать гомофоба левым?»

Такие заявления нередко можно слышать от активистов.

Политическое понятие «левые» крайне размыто. Почти каждая группа старается опереться на его моральный, исторический авторитет, прописывая особенности своей идеологии как необходимые критерии левизны. Этим понятие размывается ещё сильнее. Мне приходилось встречать таких коммунистов, которые уже открещивались от «левых» как от чего-то позорного, как от какой-то заразной болезни.

Пришло время «спасать», «отмывать» «левых», причём отмывать не только и не столько с политической, моральной точки зрения, сколько с гносеологической т.з., т.з. внесения ясности в вопрос.

В 2008 году в Загорске прошёл семинар «Кто такие левые?». На семинаре озвучивалось такое определение: «Левые – политическое направление, выступающее за расширение роли масс в управлении обществом и/или государством, ограничение частной собственности вплоть до её ликвидации». На мой взгляд, это вполне ясно, законченно и лаконично. Однако это определение не было взято с потолка, оно было выведено из рассмотрения истории левого движения.

Нам, для того, чтобы по-настоящему разобраться в вопросе, недостаточно получить чёткое определение. Нам необходимо самим пройти путь исследования левого движения в его развитии. Только проследив историческое развитие левого движения, примерив к нему это определение, можно по-настоящему понять, годно оно или нет. Рассмотрение этапов развития левого движения поможет нам не только более ясно составить представление об исследуемом предмете, но также поможет яснее представить, какое будущее нас ожидает и что нам следует делать.
____________________________________________________________________

I Антифеодальный этап


Исторически понятие «левые» возникло в ходе Великой Французской Революции.

Энциклопедический словарь "Политология" (1993 г) пишет:

«Деление на "левых" и "правых" политиков датируется Великой Французской Революцией 1789-94 гг., когда депутаты Генеральных штатов разделились на поддерживающих короля (справа в зале заседаний) и его противников (слева). При этом еще раньше подразумевалась символика правизны, правоты, и левизны, близости к дьявольским силам. Принято считать, что левые ориентированы на изменения, правые - на традицию».

Обновлено 18.02.2013 19:30 18.02.2013 18:10
   

Страница 5 из 28

<< Первая < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > Последняя >>
   
| Суббота, 29. Апреля 2017 || Designed by: LernVid.com |
JoomlaWatch Stats 1.2.9 by Matej Koval